ТРЯСЯСЬ В БЕЗБАШЕННОМ ВАГОНЕ…
В железнодорожной кассе билеты были только на 31 декабря. На 22 часа. Причем даже на нижнюю полку. Это понятно: народ в основной своей массе в это время празднует. Но я не с народом. Я сама по себе. Это же так круто – распечатать новый год в поезде, встретить его в дороге, не под бой курантов, а под стук колес…
Впрочем, даже если б билеты на раньше были… Перед самым Новым годом меня буквально свалила то ли простуда, то ли вирусная инфекция: поднялась температура, полилось из носа, в горле заскрежетало. В прежние времена эта песня затянулось бы у меня на неделю. Но сейчас, чтобы поставить себя на ноги, в моем распоряжении оставалось чуть больше двух дней…
Отчего заболела, я знаю. Дело совсем не в переохлаждении или инфекции. Когда дела идут косяком — одно за другим, не давая передышки, мой организм вот таким образом берет себе тайм-аут. И этот перерыв в нескончаемой череде «надо», «давай-давай» будет длиться столько, сколько ему требуется для самовосстановления.
Чтобы на праздники вырваться в Карпаты, мне пришлось по работе многое делать наперед, и это был тот случай, когда – тайм-аут. Но билеты были взяты, и мне ничего не оставалось, как поступить по отношению к своему организму бесчеловечно: на ночь глинтвейн с перцем и гвоздикой, на следующий день – обливание холодной водой и голод.
Короче, села я в поезд абсолютно здоровой и абсолютно счастливой – скоро увижу горы.
Попутчики мне попались такие же безбашенные. Женщина, назвавшаяся Валентиной, взяла билет (туда и обратно) на один день. Она решила вместо шумного застолья увидеть новый для себя город Ивано-Франковск, побродить по его улицам. Детям (взрослым) она сказала, что идет на Майдан Независимости (многие киевляне именно там, под центральной елкой выпивают свой первый в Новом году бокал шампанского). Я услышала, как моя попутчица отвечала позвонившей ей по телефону дочке: «Не слышишь криков и салюта? Так это потому, что я еще не добралась до Майдана». И это была чистая правда. До Майдана она так и не добралась…
Когда поезд тронулся, мы разговорились о горах. Я обмолвилась о своих одиночных походах, и это привлекло к нам третьего безбашенного: «Извините, я услышал, что вы ходите по Черногоре…» К нам подсел некий Юра из Гомеля. Гор в его родной Белоруссии нет (пещер тоже нет, как они там живут???), и потому он регулярно приезжает в Украину, чтобы совершить очередное безбашенное восхождение на одну из вершин Карпатских гор. Безбашенное – потому что зимой и без специального снаряжения, даже просто без палатки и спальника. До такого бы и я не додумалась…
Дважды он срывался с горы, последний раз пролетел метров семь, но, видимо, ему этого мало…
Сейчас Юра ехал на какие-то озера в Львовской области.
До полуночи мы втроем приятно провели время за разговорами о горах. Потом я откланялась, так как впереди еще приличный кусок пути с двумя пересадками, нужно выспаться.
Время от времени, просыпаясь в ночи, я слышала, как они неторопливо беседовали друг с другом, и даже паузы в их разговоре были наполнены смыслом. В паузах они смотрели в окно, где почти ничего не было видно. Возможно, они всматривались в себя, вслушивались в свое ощущение дороги и этого странного знакомства при странных обстоятельствах.
Когда я проснулась, мы уже были далеко от Львова, где Юрий должен был сойти. Ни Юры, ни Вали в вагоне уже не было. Не увидит Ивано-Франковск очередную безбашенную киевлянку.
Львову в этом смысле больше повезло.
Я прибыла в Ивано-Франковск в 11.10. Солнце заливало все вокруг и усиливало радость от предвосхищения. Этот старинный город мне памятен не такими вот исторически-архитектурными красотами, а именно как преддверие в страну гор.
Отправляясь в путь 31 декабря ночью, я знала, на что иду. Потому меня ничуть не удивило, что ближайший автобус на Верховину в 12.10 «сломался». Я обменяла в кассе билет на следующий рейс, на 14.10. Понятно, что «сломался» и он. Такая же беда случилась и с трехчасовым автобусом, водитель которого, скорее всего, тоже после Нового года сломался. И только четырехчасовый — ура!!! – протрезвел.
Впереди – Верховина (районный центр) и Красник, село, где я проведу несколько дней, пока у моей подруги Марички в селе Дземброня не схлынут праздничные туристы (которым она сдает комнаты). Через Маричкину приятельницу я сняла на это время пустующий домик у местной учительницы Ирины Ивановны и ее мужа Василя. Мне предстоит романтическое одиночество под горой Кострыча. Возможность побыть наедине с собой, наедине с природой, которая всегда приближает меня к себе…
Ну что ж, прощаюсь с перевалочным пунктом, с каменным цветком исторического значения, которым не удалось полюбоваться моей попутчице Вале. Несмотря на красоту старинных улиц, я думаю, она ничего не потеряла. Городом мы можем любоваться ежедневно — вдыхать его ароматные выхлопные газы, сладостно замирать в объятиях слипнувшихся в час пик пассажиров метро, развлекаться в сутолоке мега-маркетов. Так что уж извини, Ивано-Франковск. Больше о тебе в моих записках не будет ни слова. Ты так и остался в моем сердце как преддверие гор, несмотря на всю твою красоту и самобытность…
продолжение , часть2, — здесь.